Тема: «Что значит имя? Мунаджимы как астрологические эксперты» — Кто такие мунаджимы и что на самом деле означал их титул? В этой лекции рассказывается о мире и о значении слова «мунаджимы» в Османской империи и в более широком исламском мире. Хотя их часто переводят просто как «астрологи», мунаджимы занимали гораздо более широкое и сложное интеллектуальное пространство. Их экспертиза объединяла астрономические вычисления, астрологическую интерпретацию, хронометрию, математику и более широкие науки о невидимом. Опираясь на примеры из государственных архивов, придворных хроник, астрономических таблиц, альманахов, биографических словарей, научных трактатов и иллюстрированных рукописей, эта лекция исследует, как мунаджимы работали, обучались и конкурировали с другими экспертами «оккультной науки», включая мистиков, толкователей снов и леттристов. Она также рассматривает, как формировался их авторитет: что делало человека экспертом? Как двор решал, кому доверять? Почему же дебаты об астральных знаниях имели значение в политике, религии и повседневной жизни?

Тема: «Аверроэс, астрономия и астрология в Стамбуле и Италии» — Небо было текстом, который читали во всем мире. Ночное небо содержало подсказки о взаимоотношениях Бога с космосом и с людьми. В этой лекции я расскажу, как толкования ночного неба распространялись по Восточному Средиземноморью в XV и XVI веках. Астрологи, философы и каббалисты читали ночное небо и находили Бога, непосредственно связанного с сотворением мира. Поскольку потенциальные выгоды от изучения взаимоотношений Бога с космосом были высоки, последовал обмен знаниями в различных областях. Трансрегиональный диалог о небе облегчался посредниками, которых я называю торговцами знаниями.

Астрология для торговцев знаниями и их контактов была средством понимания действий Бога и своих религиозных обязанностей. Астрологические знания, как и рукописи, в которых они распространялись, и инструменты, с помощью которых они применялись, были ценны. Практика астрологического прогнозирования была способом справиться с тревогами. Учитывая сложность творения, астрология была необходима для понимания действий всемогущего и вселюбящего Бога. Астрология не должна была помогать обманывать систему; скорее, более глубокие астрологические знания помогали оптимизировать жизнь, включая соблюдение религиозных обрядов. Хотя еврейские торговцы знаниями, наряду со своими христианскими и мусульманскими контактами, расходились во мнениях по поводу астрологии, дискуссия была продуктивной.

Но астрология подразумевала, что отношения Бога с творением должны были меняться, чтобы объяснить различные события на Земле. Философы отрицали юдициарную астрологию по целому ряду причин, прежде всего потому, что Бог должен был бы измениться, чтобы его причинно-следственная связь с творением могла меняться. Поскольку Аверроэс (Ибн Рушд, ум. 1198) считал, что Бог имеет прямую, непосредственную связь с самой внешней сферой космоса, астрология не давала никакого понимания отношений Бога с космосом. Более того, Аверроэс отвергал, на философских основаниях, структуры сфер, необходимые для объяснения астрологии. Ученые Каббалы соглашались с позициями Аверроэса в отношении космологии и астрологии, поддерживая метемпсихоз. А критика Аверроэсом птолемеевской астрономии стала основой для обмена новаторскими теоретическими знаниями в области астрономии между торговцами знаниями. Торговцы знаниями распространяли информацию в различных дисциплинах; культурная значимость интерпретации ночного неба создала рынок для этой информации.

Тема: «Астрологические науки в Персидской империи Ахеменидов» — Завоевание Вавилонии Ахеменидами в 539 году до н.э. положило начало периоду персидского владычества на Древнем Ближнем Востоке, длившемуся чуть более двух столетий. К моменту завоевания в Вавилонии уже более века активно практиковались астрологические науки, включая регулярные астрономические наблюдения и систематическое ведение записей, разработку и использование методов предсказания будущих астрономических явлений, а также системы астрологии. За период персидского владычества в вавилонской астрологической науке произошли многие дальнейшие изменения, включая изобретение единого зодиака из двенадцати 30-градусных знаков, новые формы астрологии, в том числе персональная гороскопия, и, что наиболее важно, развитие математической астрономии. Кроме того, в этот период ответственность за регулирование вавилонского календаря перешла к астрономическим чиновникам в вавилонских храмах. Тот факт, что развитие и изменения в практике происходили в период правления Ахеменидов, поднимает вопрос о том, были ли эти изменения результатом персидского завоевания. Они также поднимают вопрос о распространении астрономических знаний между вавилонянами и персами. В этом докладе я представлю некоторые предварительные замечания, отвечая на эти вопросы.

Ее последняя статья «Истоки вопросов в астрологии» была опубликована в ноябре 2025 года в сборнике «Астрологи за работой: эссе о практиках и методах астрологии в память о Хелене Авелар» (под ред. Л. Рибейро и Ч. Бернетта).

Тема: «Эдесса и астрология: подходы Бардайшана и Феофила« — Начиная с поздней античности, город Эдесса был перекрестком не только в торговле, но и важным центром обмена философскими, научными, религиозными и другими культурными верованиями. Среди них был заметный интерес к астрологической теории и практике, охватывающей политеистические, христианские и, позднее, исламские взгляды. В этом докладе будет рассмотрено использование астрологии в Эдессе в период примерно с 150 по 800 год н.э. Мы начнем с изучения местоположения Эдессы в древней Сирии, когда христианство распространялось в местах, где существовала долгая традиция политеизма, в которой процветала астрология. Затем, используя примеры Бардайшана — историка, религиозного писателя и астролога; а также Феофила, придворный астролога и переводчика, написавшего также историческое повествование о местности, где он жил. Мы переключим наше внимание с общего на личное, продемонстрировав использование астрологии двумя совершенно разными эдесскими астрологами.

Тема: «Византийские астрологические доктрины в Индии? О значении слова «Ромака» в текстах Таджики» — Санскритские авторы, писавшие о персидско-арабской (Таджика) астрологии с XIII по XVII век, часто упоминают по имени ранних неиндийских авторитетов.По крайней мере, некоторые из этих авторитетов, вероятно, являются историческими личностями, такими как «Хинди» (предположительно, Якуб ибн Исхак аль-Кинди, «философ арабов»), в то время как другие могут быть полностью или частично мифическими. Одной из таких неуловимых, но интригующих фигур является Ромака, или «римлянин», имя, которое в текстах ассоциируется с особым набором доктрин, включая использование тропического зодиака, обычно не одобряемого авторами астрологии Таджика. В совокупности с тем фактом, что обозначение «римский» к этому времени обычно относилось к византийцам (в греческом языке это ῥωμαῖος, в арабском — rūm), эти доктрины предполагают возможное наличие отдельного византийского элемента в астрологическом корпусе, переданном в Индию в период исламского правления.

Тема:«Все ли планеты злы? Религиозные взгляды в поздней античности» — Дихотомия злых и благотворных планет в эллинистической астрологии полностью понятна в современной науке, но когда мы обращаемся к религиозным текстам поздней античности, мы видим различные взгляды на качества не только планет, но и неподвижных звезд.Представления о послушании также известны в иудаизме и исламе. В Ветхом Завете Амос 5:26 упоминает как идола звездного бога Киюна, который, вероятно, соответствует аккадскому Каджаману (Сатурну). В Бытие 37:9 упоминаются Солнце, Луна и «одиннадцать звезд», склонившиеся перед Иосифом во сне. Это находит отражение в Коране (Сура Юсуф 12:4). Манихейство рассматривало все планеты и звезды как зло, кроме Солнца и Луны, тогда как в зороастризме неподвижные звезды считались добрыми, а планеты — беспорядочными и демоническими. Поздняя зороастрийская литература, кроме того, говорит о Голове и Хвосте дракона (представляющих лунные узлы) и «одиннадцати планетах», которые, по-видимому, имеют некоторые связи с более ранними астрологическими концепциями в Индии. Мы знаем, что в III веке н.э. Сасаниды перевели некоторые индийские материалы, поэтому необходимо рассмотреть наваграху из санскритских источников. В этом докладе будет показано, что для религий поздней античности типичный эллинистический взгляд на планеты не был явно нормативным. Разнообразные взгляды на планеты помогают объяснить ряд теологических, художественных и культурных явлений, которые, в свою очередь, заложили основу для дальнейшего развития в Европе, исламском мире и Восточной Азии.

Тема: «Сравнение астрологических практик: между Персией и Европой» — Астрологическая практика, очевидно, является одним из лучших примеров межкультурной передачи, поскольку она была распространена в разных культурах. Хотя она прошла через разные эпохи, этнические группы, религии и философии, корпус астрологических методологий, по-видимому, сохранил свои основные принципы. Эта преемственность, однако, включает в себя производные, связанные с разными периодами и культурами. Эти различия становятся особенно очевидными в практическом применении астрологии. Поэтому параллельный анализ этих практик может быть полезен для понимания передачи и развития астрологических доктрин. В рамках совместного исследования с доктором Хамидом Бохлулом эта лекция сравнит средневековую европейскую и персидскую гороскопию, выделив различия и сходства в обозначениях и методологиях оценки гороскопов.

«Небеса на Земле: интерпретация небесной силы в средневековом исламском мире» — отображение оккультных наук в исламских культурах (MOSAIC) Европейский исследовательский совет * Исследовательская группа MOSAIC на конференции «Небесные перекрестки»

Тема:»Создание миров в исламе: гороскоп Багдада в контексте» — Средневековые исламские ученые объединили две более древние космологии: греческое деление обитаемого мира на семь широтных климатических зон и сасанидскую иранскую концепцию семи круглых кешваров, центром которых был Ираншахр. Их синтез создал культурную географию, в которой четвертый климат, управляемый Солнцем и считавшийся наиболее умеренным и интеллектуально превосходящим, имел Ираншахр в качестве своего естественного центра. При ранних Аббасидах Багдад был переосмыслен как этот космологический омфалос, что породило широкое восхваление города наряду с религиозной центральностью Мекки. В статье прослеживаются конкурирующие исламские центры, такие как фатимидский Каир, и освещается астрологическое обоснование историй об основании городов. В центре внимания — знаменитый гороскоп основания Багдада в 762 году н.э., приписываемый Навбахту и его окружению, который соотнес город с благоприятными планетарными конфигурациями. Помещая Багдад в контекст сасанидской астрологической и имперской традиций, исследование показывает, как небесная символика и иранская культурная память легитимизировали раннюю власть Аббасидов и сформулировали универсальное мировоззрение.

Тема: «Прогностические справочники» — Тексты по прогностике легко преодолевают языковые, культурные или религиозные границы, что ясно демонстрируют вводные астрологические работы, такие как «Китаб аль-Мудхал аль-кабир» Абу Машара «Фи Ахкам ал-Нуджум» (Liber Introductorii maioris ad scientia iudiciorum). Другие практики также распространялись, о чем свидетельствуют, например, греческие и арабские хиромантические тексты, интерпретирующие спонтанные судороги частей тела, или арабские и латинские тексты о предзнаменованиях, перечисляющие неожиданные события для
интерпретации. Однако сравнительное исследование по-прежнему затруднено этими же дисциплинарными границами, а также отсутствием надежных изданий и аннотированных переводов. Для решения этой задачи команда MOSAIC («Обозначение оккультных наук в исламских культурах») в Университете имени Фридриха-Александра в Эрлангене-Нюрнберге (FAU) ищет досовременное прогностическое руководство, написанное на арабском языке, для редактирования, перевода и анализа. В идеале, оно должно систематически объединять множество прогностических практик с использованием различных знаков, например, бросание игральных костей или наблюдение метеора. В этом докладе будут изложены характеристики такого идеального текста
и представлены ведущие кандидаты.

Тема: Небесные знамения и промежуточные существа в персидском восприятии «Братьев Чистоты». Чтение «Бустана аль-Укуля» и «Муджмала аль-хикмы» — В лекции рассматривается, как два персидских произведения, связанные с «Братьями Чистоты» (Ихван ас-Сафа) — «Бустан аль-Укул» (713/1313) и «Муджмаль аль-хикма» (XIII в.) — обращаются к небесным знамениям и промежуточным существам. В «Муджмале», особенно в главе 8 «Илахийят» (Божественные науки), предлагается краткое описание планетарных духов: существа, связанные с Сатурном и Марсом, могут действовать пагубно, в то время как те, что связаны с Юпитером и Венерой, описываются как благодетельные; такие фигуры, как Джибриль и Исрафил, расположены в этой астральной иерархии.

«Бустан аль-Укул» рассматривает связанные темы посредством повествования. В главе 12 описывается встреча представителей нескольких общин, включая хорасанского мудреца и философа,изучающего джиннов, которые претендуют на авторитет в области математических, астрономических и эзотерических знаний. Другие разделы описывают эпизоды с участием Нимрода, Моисея, фараона и народа Ионы, где пророческие существа толкуют небесные предупреждения. Вместе эти работы указывают на особую персидскую переработку космологии «Братьев Чистоты».

Тема: Герметическое астральное учение Аполлония Тианского в сирийской традиции — Астральная антропология, медицина, астрономия и астрология сходятся в эклектичном герметическом трактате, связанном с традицией Аполлония Тианского и сохранившемся как на сирийском, так и на арабском языках. Со времен новаторских исследований Джорджо Леви делла Вида, который отредактировал текст под названием «Учение и двенадцать заповедей Стоматаласса», работа получила мало внимания со стороны ученых, несмотря на ее ценность, как важного свидетельства восприятия герметических учений в сирийскоязычных общинах Месопотамии. В своей статье я сосредоточусь на двух заключительных главах (или «заповедях»), которые представляют космологические и астрономические доктрины и одновременно включают элементы гадания. Данный трактат будет рассмотрен в контексте более широкой медицинской, астрологической и энциклопедической сирийской традиции и проанализирован в свете позднеантичных и византийских изображений Аполлония как эксперта в астрологии и искусстве талисманов, с особым вниманием к элементам преемственности и разрыва.

Тема: «От семиотики к прогностике: астральные знания в «Книге дождя» Ибн Дурайда» — В докладе рассматривается пересечение космологических концепций, от семиотических кодов до прогностических рассуждений, в «Книге дождя» (Китаб аль-Матар) Ибн Дурайда (ок. 837–933 гг.). Рассматривая работу в контексте ранних исламских научных исследований в области метеорологии, астрологии и наблюдений за природой, опираясь как на переведенные, так и на унаследованные от местных источников знания, работа исследует, как небесные явления интерпретируются как значимые индикаторы земных событий, особенно осадков. Подход Ибн Дурайда к астральным знакам основан на эмпирических наблюдениях и поэтической традиции как формах исконных знаний, а также включает научные элементы, заимствованные из других дисциплин. Путем тщательного анализа ключевых отрывков статья показывает, как семиотическая интерпретация лежит в основе прогностических практик, позволяя делать выводы о будущих событиях на основе нынешних знаков. Цель исследования – внести вклад в текущие дискуссии о прогнозировании, естественных знаниях и теории знаков в досовременной исламской традиции, подчеркнув взаимосвязь между наблюдением, смыслом и предсказанием.

Тема: «Разум над материей: Теоретизация контроля над разумом в первом веке Сефевидов» — В этой презентации рассматривается теоретизация оценочной способности (вахм) как ментального инструмента для манипулирования небесными и земными силами в арабских и персидских источниках XVI века. Предыдущие исследования, включая работу Майкла Нобла о центральной роли вахма в руководстве по теоретической и практической магии Фахра ад-Дина аль-Рази (ум. 1210) «Сирр аль-мактум», а также дискуссии Евы Ортманн о слиянии суфизма и буквенной магии, служат основой для моего анализа. Я сосредотачиваюсь на использовании Хусейном Акили Рустамдари (ок. 16 века) теории вахма Рази для объяснения экспериментальной, основанной на опыте эффективности оккультных наук («улум-и гариб») в его энциклопедии «Рияз аль-абрар» и, чтобы представить более широкую картину теорий вахма и их социально значимого контекста, я также рассмотрю источники, созданные или популярные в этот период.

Тема: «От Бхараты до Багдада и Византии»: Взаимодействие и взаимосвязи Джйотихаштры среди индийских, исламских и европейских астрологов — В докладе рассматриваются и представляются доказательства взаимосвязей между астрологическими идеями и техниками в раннесредневековом индийском и исламском мирах, с особым вниманием к ятре (путешествию или военной астрологии) и прашне (астрологии вопросов), как они представлены в работах Варахамихиры, индийского астронома-астролога VI века. Дэвид Пингри, ведущий исследователь передачи точных наук в древнем мире, проследил происхождение ятры и прашны до Варахамихиры и его предшественников, утверждая, что эти традиции были в значительной степени сформированы греческой катархической астрологией. Пингри также утверждал, что эти индийские астрологические техники были переданы в исламский, византийский и западноевропейский миры, оказав влияние на таких деятелей, как Феофил Эдессийский, Машаллах, Абу Машар и других средневековых астрологов, работавших в Сасанидском Иране и Аббасидском Багдаде. Однако выводы Пингри были оспорены более поздними переводчиками и исследователями средневековой астрологии, в частности Бенджамином Дайксом, который утверждает, что между текстами Варахамихиры — такими как «Брихадьятра» — и средневековыми работами, приписываемыми Феофилу и другим, существует мало существенного сходства. Опираясь на мое новое критическое издание и перевод «Брихадьятры» и связанных с ней текстов, эта статья пересматривает эти утверждения и представляет новые доказательства значимого взаимодействия и общих техник между индийской и исламской астрологическими традициями

Тема: «Создание базы данных изображений из «Книги изображений неподвижных звезд» аль-Суфи и исследование межкультурных влияний» — В своем докладе я представлю разработку всеобъемлющей базы данных изображений, посвященной астрономическим иллюстрациям и диаграммам, найденным в основополагающем труде Абд аль-Рахмана аль-Суфи X века «Книга изображений неподвижных звезд». Проект направлен на сбор, каталогизацию и анализ визуальных материалов из более чем 100 сохранившихся рукописей, включающих тексты на арабском, персидском, латинском языках, а также фрагментарные османско-турецкие резюме. Предоставляя доступ к этим ресурсам ученым и широкой публике, инициатива выходит за рамки простого сохранения, предлагая надежный исследовательский инструмент для изучения межкультурных влияний, присутствующих в работе аль-Суфи, путем отслеживания мотивов, иконографии и научных концепций, которые мигрировали и трансформировались в рамках как минимум десятка культур, включая персидскую, греческую, индийскую, османскую, арабскую и европейскую традиции. Межкультурные взаимодействия в области изображений созвездий значительно превосходят текстовое многообразие, достигаемое посредством перевода. В сохранившихся копиях трактата аль-Суфи по меньшей мере дюжина отличительных черт отражает разнообразие материальных и художественных культур Ближнего Востока, Северной Африки, Южной и Восточной Европы, Центральной и Южной Азии. Это богатое разнообразие визуального материала послужило мотивацией для создания базы данных изображений, которая позволяет проводить сравнительный анализ взаимосвязей между этими культурными моделями. Интегрируя сравнительный визуальный анализ с метаданными о происхождении рукописей и художественных стилях, этот проект стремится показать, как астрономические знания и художественное представление формировались под влиянием межкультурного обмена. Методология включает в себя получение изображений, разработку базы данных и установление стандартов метаданных. В своей презентации я поделюсь предварительными результатами, достигнутыми к конференции, предложив интерпретации взаимосвязей, региональных особенностей и долгосрочной стабильности мотивов. В конечном итоге, этот проект направлен на развитие новых междисциплинарных подходов к истории науки, изучению рукописей и истории искусства, подчеркивая динамичное взаимодействие культур в развитии астрономических знаний.

Тема: «Рецепция месопотамской астрологии в Хаттусе» — Среди множества клинописных табличек, найденных при раскопках в древней столице хеттов, Хаттусе в центральной Анатолии, было также большое количество текстов, касающихся астрологии. Астрологические предзнаменования были лишь одним из видов гадания, которые хетты заимствовали из Вавилонии. Конечно, существовали и исконные хеттские формы гадания, но древние научные традиции Месопотамии интересовали и вдохновляли соседние культуры. Однако хетты не просто заимствовали и копировали тексты из Месопотамии, они также переводили их и в некоторой степени модифицировали. В этом докладе я рассмотрю клинописные источники из Хаттусы как на аккадском, так и на хеттском языках, чтобы исследовать, какие аспекты особенно интересовали хеттских ученых и как они работали с этим материалом.

Ее исследования и публикации посвящены каталогам рукописей и архивных документов, хранящихся в Национальной библиотеке Болгарии, кодикологии восточных книг, дипломатии османского турецкого языка, истории медицины и больниц в Османской империи, а также истории географии.

Тема: «Астрономические труды, хранившиеся в вакфских библиотеках Болгарии в период Османской империи». Наряду с трудами в области религиозных наук, филологии, философии, истории и медицины, в вакфских библиотеках Болгарии сохранились также работы по астрономии, математике и геометрии. Самым ранним автором, по-видимому, является Махмуд аль-Джагмини (1220 г. до н.э.) – астроном, математик и врач, составивший «Краткое изложение науки астрономии». В 1410-1411 годах Кади-заде ар-Руми написал комментарий к этому труду. Следующим автором, чьи работы мы находим, является Насир ад-Дин ад-Туси (1201-1274), известный ученый-энциклопедист. В 1258-1259 годах он основал астрономическую обсерваторию в Мараге (Южный Азербайджан), где под его руководством были составлены «Ильхановские астрономические таблицы» (Зидж-и Ильхани). К числу наиболее известных зиджей в истории астрономии относятся также Зиг-и Улугбек, Зиг-и Фариси (Зиг-и Ямини) и аз-Зидж аш-Шамиль аль-Абхари (род. 1263), известного как философ. Библиотеки вакфа также содержат трактаты об основных инструментах для наблюдения за звездами и выполнения различных вычислений, а также календари, используемые разными народами.

Тема : «Астрология как институционализированная наука при османском дворе: Мусазаде Мехмед Убейдулла Эфенди и гороскоп османского принца» — В этой лекции рассматривается роль астрологии при османском дворе конца XVIII века на основе детального анализа гороскопа, составленного Мусазаде Мехмедом Убейдуллой Эфенди, главным астрологом (Мюнеччимбаши) при султане Абдулхамиде I. Этот гороскоп, хранящийся в коллекции обсерватории Кандилли, был составлен для принца Сулеймана и сочетает в себе витиеватую панегирическую прозу, ссылки на Коран и подробные астрологические методы.

Анализ показывает, как Мусазаде использовал греко-исламские методы — ректификацию асцендента, расчет хайладжа (гилега) и кадхуды (алкокодена), интерпретацию двенадцати домов и планетарных жребиев — ссылаясь при этом на таких авторитетов, как Птолемей, Гермес и Насир ад-Дин ат-Туси. Помимо своей технической точности, гороскоп функционировал как политический текст, гарантируя двору династическую легитимность и космическую гармонию в период кризиса после Кючюк-Кайнарджийского договора (1774 г.).

В сравнительной перспективе османский случай выявляет как параллели с европейскими королевскими гороскопами, так и существенные расхождения: в то время как Европа эпохи Просвещения все больше маргинализировала астрологию, османский двор сохранил ее как институционализированную науку. Таким образом, исследование подчеркивает сохраняющуюся важность астрологии в османской интеллектуальной культуре и ее роль как средства, связывающего небесные знания с политической властью.

Его текущий монографический проект посвящен участию немусульманских литераторов в персидском литературном творчестве, с особым вниманием к появлению индуистской религиозной литературы на персидском языке. Параллельно он завершает для издательства Primus Books частичный перевод «Ташрих аль-Аквам», персидского этнографического сборника, составленного в 1825 году в Северной Индии. Он также опубликовал несколько статей о представлении и переводе джайнской традиции.

Тема: «Индийская наука о благоприятных часах в персидской астрологии» — Санскритская элективная астрология (мухурташастра) предлагает систематизированный метод определения благоприятных и неблагоприятных моментов в соответствии с определенными небесными конфигурациями (например, полулунными днями караны). Уже описанная в астрологических трудах аль-Бируни, мухурташастра была впоследствии адаптирована в средневековый период арабскими и персидскими учеными и интегрирована в их собственную систему элективной астрологии (ихтиярат). Таким образом, некоторые процедуры передаются в классических работах аль-Рази, Бирджанди и Кашифи.

Дальнейшее развитие произошло в раннее Новое время в Индии, когда персидские мунаджимы включили новые концепции и методы из санскритской традиции. Их целью было создание улучшенных гороскопов и методов прогнозирования для покровителей и клиентов, ищущих межкультурную астрологическую экспертизу. На основе анализа ряда персидских альманахов, изданных в Северной Индии в период с XVII по XIX века, в данной статье рассматривается, как индийская элективная астрология вошла в повседневную практику астрологии среди мусульманских ученых персидского происхождения, помещая Южную Азию в контекст активной зоны методологических инноваций в рамках более широких персидских астрологических наук.

Тема: «От пророческих арабо-персидских космических циклов до «Гармонии мира» Иоганна Кеплера» — В поздней античности и раннем средневековье сасанидский Иран играл важнейшую роль в распространении астрономических и астрологических знаний между восточным и западным мирами. Одним из ключевых элементов была идея пророческих циклов, основанных на соединениях Сатурна и Юпитера, которые определяли ход человеческой истории и отмечали даты и эпохи мировых событий. После исламского завоевания эта концепция проникла в арабский мир. Впоследствии, в XII веке, она была привнесена в Европу через латинский перевод «Книги религий и династий» Абу Машара ибн Балхи, которая на протяжении веков служила основой для европейских прогностических альманахов. Хотя Иоганнес Кеплер в конечном итоге отверг теорию соединений как прогностическую модель, в данном исследовании будет показано, как она, тем не менее, повлияла на ряд новаторских концепций Кеплера и стала фундаментальной основой для его новаторского научного, философского и политико-утопического труда «Гармония мира».

Тема: «Нартекс Лесновского монастыря: правление, одежда и небесная символика» — Иован Оливер, влиятельный дворянин Сербского королевства, правитель Лесновского монастыря XIV века, по-видимому, имел смешанное сербское, болгарское и византийское происхождение. На фресках он изображен в монгольском воротнике с изображением облаков поверх византийской придворной одежды, что является ярким свидетельством культурного сближения. Самое старое и уникальное изображение хвалебных псалмов в нартексе Лесновского монастыря включает в себя знаки зодиака, олицетворения планет, а также Солнце и Луну. В той же композиции Иован Оливер изображен рядом с сербским императором Стефаном Душаном и уже умершими византийскими императорами Андроником II и Андроником III Палеологами. Исторические источники предполагают, что Иован Оливер поддерживал контакты с османским султаном Орханом Гази. В данной статье исследуется космологическая символика в иконографической программе Лесновского монастыря как отражение широкой сети политических и культурных связей, окружающих его покровителя.

«Тема: Священная «Книга» Космоса как предмет изучения в эпоху Тимуридов и Возрождения.» — В докладе анализируется влияние леттрико-астрологических концепций нового «Ихван ас-Сафа», вдохновлённого «каирским пророком» Сайидом Ахлати, на интеллектуальную сферу Тимуридской империи. Среди них – интерпретация Космоса как «текста», сформированного на основе астрономических наблюдений, выраженного через геометрические структуры и числа и содержащего знание о «воле небес». Реконструируется деятельность восточного крыла нового «Ихван ас-Сафа» под руководством Ибн Турки, которое подняло статус астрономии-астрологии при тимуридских дворах до уровня имперской науки. В этом контексте исследование рассматривает предисловие принца Искандара к рукописи «Джами-и Султан», обязывающее правителя к знанию «книги» Космоса, а также работы учёных из обсерватории принца Улугбега по высокоточной расчёту координат звёзд и движения небесных тел как основы для астрологических предсказаний. Предполагается, что фундаментальный вклад обсерватории Улугбега в эпоху Возрождения — чисто математическая модель Космоса — был мотивирован алгоритмом кодирования леттриста, противоположным расшифровке скрытых смыслов Корана.

Тема: «Расчеты в месопотамской астрономии: анализ системы B для Юпитера» — Математическая астрономия может быть определена как предсказание астрономических явлений с использованием математических алгоритмов. Эта наука основана на гадании, многовековых систематических наблюдениях и вычислениях, используемых для получения выводов из этих наблюдений. Месопотамская математическая астрономия, восходящая к V веку до н.э., была первой эмпирической и первой точной наукой, использовавшей математику в качестве инструмента. Вавилоняне использовали различные методы для предсказания положения планет. В современную эпоху они называются «системами». Одна из них, Система B, предполагает скорость, колеблющуюся между максимальным и минимальным значениями, без разделения Зодиака на зоны фиксированной скорости. Вавилонские таблички в основном содержат вычисления, относящиеся к Юпитеру. В данном исследовании были проанализированы первые 20 строк клинописи ACT 622, относящиеся к Юпитеру, и были выведены параметры, относящиеся к Системе B.

Она занимается волонтерской гуманитарной деятельностью, одновременно преподавая в учебных заведениях по всему миру. Она была удостоена наград и благодарностей, в том числе ордена «За гражданские заслуги» от президента Южной Кореи.

Тема: «Мифы о звездах и созвездиях как символические истории, отражающие небесные узоры в средневековых священных местах: церкви/мечети/храмы» — Средневековый период стал свидетелем слияния архитектуры и космологии. Готические церкви интегрировали зодиакальные образы, витражи-розы и точную ориентацию с востока на запад, превратив литургию в космический календарь, связывающий человеческие ритуалы с божественным порядком. В исламе купола со звездными мукарнасами и небесные мозаики создают впечатление бесконечных небес, отражая единство Бога — бесконечность — посредством геометрического повторения. Индуистские храмы часто воплощают солнечную космологию в своем дизайне, часто изображая колесницу бога Солнца Сурьи. Эти традиции включают астрономические мотивы, космические выравнивания и небесные образы, чтобы поместить верующих в контекст вселенского порядка. Средневековый синтез искусства, науки и духовности выявил стремление подражать небесам на земле. Каждый памятник повествует об общей истории человечества: церкви (световой фонарь); мечети (свод бесконечности); храмы (солнечная колесница). Они раскрывают образы средневековых строителей, искавших души для возведения мест поклонения и высекания космоса в камне, одновременно приглашая верующих ощутить себя участниками небесной гармонии.

Тема: «Астрономия в османском Хиджазе: тексты, фигуры и практики» — Исследования интеллектуальной истории османского Хиджаза в основном определялись акцентом на подъеме ваххабизма, что часто приводило к потере интереса к периоду до этого движения. Однако недавние исследования ставят под сомнение этот нарратив, демонстрируя, что Хиджаз был важным центром философских, теологических и суфийских дискуссий, а также текстового производства в ранний период Нового времени. Данный доклад следует этой ревизионистской линии, показывая, что астрономические тексты продолжали читаться, изучаться и создаваться, и что астрономические практики сохранялись в регионе в ранний период Нового времени. При этом она стремится внести историографический вклад в исследования исламской астрономии, которые до сих пор уделяли относительно мало внимания Хиджазу. (совместно с д-р Насер Думарие).

Тема: «На перекрестке пространства и времени: археоастрономия Верхних Железных Врат» — В этом докладе будет критически пересмотрена археоастрономическая интерпретация важного археологического памятника Лепенски-Вир в контексте более широкого мезолитического и ранненеолитического ландшафта Железных Ворот (Дунайское ущелье), региона, имеющего исключительное значение для понимания распространения неолитического образа жизни из Юго-Западной Азии в Европу. Вместо того чтобы рассматривать Лепенски-Вир как изолированное или аномальное явление, в этом докладе он будет сопоставлен с соседними и современными памятниками, такими как Падина и Власац, подчеркивая общие горизонты, речные обычаи и долгосрочную связь с сезонным временем. Железные Ворота образовали устойчивый культурный коридор и экологическую нишу, в которой мезолитические (ок. 9200–6000 до н.э.) общины охотников-рыболовов-собирателей поддерживали плотные, полукочевые модели расселения до и во время появления ранней неолитической (ок. 6000–5400 до н.э.) земледельческой материальной культуры, в конечном итоге пришедшей из Ближнего Востока. Радиоуглеродное датирование показало, что архитектурная обработка, скульптурные практики и изменения в способах жизнеобеспечения в Лепенски-Вире происходили в течение длительной и сложной последовательности, перекрывающейся как с миром собирателей, так и с ранним земледельческим миром. Это обеспечивает надежную основу для оценки утверждений о том, что это место функционировало как солнечная или календарная обсерватория, включая предложения, связанные с так называемым феноменом двойного восхода солнца в день летнего солнцестояния. В ходе нового анализа Лепенски-Вира в сочетании с соседними Падиной и Власацем — памятниками, имеющими схожую трапециевидную архитектуру, топографические особенности и режимы жизнеобеспечения, — в докладе будет доказано, что практика наблюдения за небом в Железных Воротах была вплетена в повседневные рутины, связанные с рекой, а не в какие-либо формализованные наблюдения. Таким образом, видимые астрономические закономерности рассматриваются как часть воплощенного, основанного на месте взаимодействия с сезонными ритмами, мобильностью и планированием ресурсов, а не как свидетельство специализированной или протонаучной астрономии. Эта сравнительная перспектива переосмыслит археоастрономию как инструмент для понимания культурной преемственности и трансформации на ключевом евразийском перекрестке во время перехода от мезолита к неолиту.

Тема: «Происхождение 24 китайских солнечных терминов, как его видят на примере нефритовых артефактов, обнаруженных на неолитическом памятнике в Линцзятане». Недавние исследования показывают, что резьба на нефритовой табличке 87M4:30, найденной на археологическом памятнике Линцзятань (5800-5300 лет до н.э.), может представлять собой солнечный календарь, основанный на восьми основных праздниках поздней китайской солнечной системы: зимнем солнцестоянии, начале весны, весеннем равноденствии, начале лета, летнем солнцестоянии, начале осени, осеннем равноденствии и начале зимы. Более того, группа нефритовых артефактов в форме свиней могла использоваться в качестве астрономического знака начала важного праздника — начала весны. Эти открытия указывают на то, что происхождение 24 солнечных систем и связанных с ними церемоний, популярных в более поздний период китайской истории, может быть прослежено до эпохи этого памятника.

Тема: «Астрономия в османском Хиджазе: тексты, фигуры и практики» — Исследования интеллектуальной истории османского Хиджаза в основном определялись акцентом на подъеме ваххабизма, что часто приводило к потере интереса к периоду до этого движения. Однако недавние исследования ставят под сомнение этот нарратив, демонстрируя, что Хиджаз был важным центром философских, теологических и суфийских дискуссий, а также текстового производства в ранний период Нового времени. Данный доклад следует этой ревизионистской линии, показывая, что астрономические тексты продолжали читаться, изучаться и создаваться, и что астрономические практики сохранялись в регионе в ранний период Нового времени. При этом она стремится внести историографический вклад в исследования исламской астрономии, которые до сих пор уделяли относительно мало внимания Хиджазу.(совместно с д-р Хасан Умут).

Доктор Хасавнех сыграл ведущую роль в развитии астрономии, ГИС и космического образования в арабском регионе и является членом многочисленных научных комитетов ООН и международных организаций. Он руководил защитой более 30 магистерских диссертаций и является автором многочисленных публикаций по астрофизике, дистанционному зондированию и исламской астрономии. Его научные интересы включают звездообразование, астрономическое наследие, GNSS и космические приложения для устойчивого развития.

Тема: От Вавилона до Аль-Андалуса: передача астрологических наук между цивилизациями и их влияние на исламскую и латинскую мысль в Средние века
В докладе исследуется историческая траектория передачи астрологических и астрономических знаний из древней Месопотамии в исламский мир, а затем и в Латинскую Европу в Средние века. Подчеркивается ключевая роль таких культурных перекрестков, как Стамбул, в содействии этому интеллектуальному обмену. На основе изучения классических текстов и исторических рукописей рассматривается, как вавилонские и эллинистические концепции были интегрированы видными исламскими учеными, такими как Аль-Фараби, Табит ибн Курра и Ибн Сина, и как эти идеи впоследствии были переведены и адаптированы в Латинской Европе через такие центры, как Толедо. Исследование представляет собой сравнительный анализ теоретической и прикладной астрологии в этих цивилизациях, подчеркивая межкультурные влияния, сформировавшие средневековые астрономические традиции.

В 1996 году он защитил докторскую диссертацию совместно в Университете Рединга и Университете Эге, после чего в 1998 году занимался постдокторскими исследованиями в Университетском колледже Лондона, а с 2002 по 2005 год был приглашенным научным сотрудником в Национальном исследовательском совете Канады. Он руководил несколькими крупными национальными проектами, опубликовал множество научных статей, руководил работой магистрантов и докторантов, а также является автором шести национальных патентов в области передовых каталитических технологий для полиолефинов.

Тема: Поклонение Тени: космология, сознание и семантика Зилла в Коране, стих 13:15. В данном исследовании рассматривается концепция «земного поклона тени» в Коране, аят 13:15, с учетом космологических, психологических, астрологических и суфийских перспектив. Коранический термин «зилль» охватывает широкое семантическое поле, включающее как динамическую тень (фай’), образующуюся в результате препятствования свету и изменяющуюся в соответствии с его движением, так и статическую тень, обнаруживаемую в областях, куда свет никогда не достигает. В этом отношении он интерпретируется параллельно с невидимыми структурами в современной космологии (темная материя и темная энергия). В рамках этой концепции тень понимается не только как элемент, делающий границы света ощутимыми, но и как структура, делающая видимой видимость; более того, она рассматривается как компонент, создающий диалектику между иллюзией разделенности и возвращением к единству. На психологическом уровне тень позволяет личности стать функциональной — обеспечивая функционирование идентичности без её создания — и рассматривается на нескольких уровнях: сознание, подсознание, коллективное бессознательное и осознание Рабби Хасса (индивидуализированный способ божественного руководства). Таким образом, исследование демонстрирует, что земной поклон символизирует согласование как явных, так и скрытых измерений существования с божественным порядком, объединяя космологическую символику с внутренней трансформацией.

Её жизнь и образование, полученные в трёх странах, где говорили на турецком и английском языках, формируют её клиническую перспективу и поддерживают её работу в качестве межкультурного моста.

Тема: «Перспективы суфийской космологии в «Расаиле» Ихвана ас-Сафа». В докладе рассматривается суфийская космология в «Расаиле» X века, написанном «Ихван ас-Сафа» в Басре, на востоке исламского мира, и опирающемся на широкий межкультурный горизонт. «Ихваны» рассматривают космос и человека как взаимно отражающие друг друга «книги» Бога и определяют астрологию как ключевую символическую науку, выступающую посредником между разумом и марифой, формулируя это соответствие и концентрируя доктринальное содержание суфизма. Опираясь на платоновскую и аристотелевскую философию, птолемеевскую традицию и пророческую фигуру Идриса/Гермеса как основателя небесных наук, «Расаил» представляют астрологию как священное знание, подготавливающее душу к восхождению и возвращению в земной мир в состоянии духовного совершенствования, в котором судьба становится предметом переговоров. В рамках темы «Небесные перекрестки» данная работа исследует, как астрономия и астрология функционируют в суфийской космологии в качестве инструментов, способствующих встречам, взаимодействиям и влияниям,
связывающим культуры и религии.

Тема: За пределами Самаркандской обсерватории: книга рождений Муина ад-Дина аль-Каши для сына Улугбега. Современные исследования по истории математических наук уделяют значительное внимание математической астрономии и практике наблюдений. Однако сравнительно мало внимания уделяется работам и научной карьере практикующих математическую астрологию. Например, трактаты, имеющие центральное значение для придворной астрологии как математической практики, такие как книги о рождении ребенка, остаются на периферии современной историографии. Важным примером является трактат о гороскопе рождения второго сына Улугбега, принца Абд аль-Азиза, родившегося в Самарканде в 1429 году. Улугбег поручил Муину ад-Дину аль-Каши (умер после 1444 года) составить гороскоп ребенка и написать прилагаемую к нему книгу о рождении ребенка. Данная статья восполняет этот историографический пробел, кратко представляя жанр, подробно рассматривая данное произведение (разработанное в сотрудничестве с доктором Луисом Рибейро) и реконструируя научную деятельность его автора, который остается малоизвестным в современной науке, несмотря на то, что был уважаемым и влиятельным мунаджимом в свое время.

Тема: «О происхождении ближневосточных терминов «халдейский» и «египетский» в греко-римских планетарных порядках». Две древние планетарные последовательности — «халдейский» и «египетский» — как маркеры небесной мысли, сформированной межкультурными космическими традициями Месопотамии, Египта и греко-римской цивилизации. «Халдейский порядок», в котором Солнце расположено в центре среди семи блуждающих тел, впервые появляется у Архимеда и позже явно связывается с халдейской традицией Цицероном. «Египетский порядок», в котором Солнце расположено непосредственно над Луной, но ниже остальных планет, появляется в платоновской космологии и лишь позже приписывается египетским мудрецам Макробием. На основе сравнительной таблицы, описывающей древних приверженцев этих систем, и анализа высказываний Беросса, Цицерона, Ахиллеса и Макробия, я утверждаю, что «египетский порядок», корни которого в Месопотамии и Египте неясны, является «внешним» продуктом, тогда как «халдейский порядок» — «внутренним» продуктом греко-римского мира. Оба порядка выступают в роли символических «небесных перекрестков», где региональные космологические традиции были переосмыслены и внедрены в эллинизированную астральную мысль.

Тема: «От провидца-мага до философа-астролога: эволюция фигуры Джамаспа от древнего Ирана до османского двора«.В данной работе прослеживается трансформация мудреца Джамаспа из зороастрийской фигуры космического предвидения в проводника синкретических астральных знаний. Хотя ключевые синкретические элементы, включая иконографию планет в виде многоруких божеств, были интегрированы в персидскую конъюнктурную астрологию, вдохновлённую индийской иконографией, они были включены в арабскую и персидскую традицию Ахкам-и Джамаспа, вероятно, во время культурного брожения Шуубийи и более широкого взаимодействия Аббасидов с центральноазиатскими и индийскими науками. В данной статье анализируется, как первая османская версия Мусы Абди, адаптирующая версию Туси, унаследовала эту уже гибридную фигуру. На основе переводов персидских версий и сравнения с турецким текстом Абди исследование демонстрирует, как османская адаптация завершила переход Джамаспа от технического астрологического авторитета к мастеру народного гадания, переосмыслив более ранний персидско-арабский синкретизм для новой аудитории. Таким образом, траектория развития Джамаспа раскрывает многоэтапный процесс культурного перевода на стыке иранского, индийского, центральноазиатского и османского миров.

Тема: В исследовании рассматривается ряд ранне-средневековых византийских источников о Деве Марии: гимн Романа Мелодиста «Мария у креста» (VI век), проповедь Георгия Никомидийского на Страстную пятницу (IX век) и «Жизнь Девы Марии» Иоанна Геометра (X век). Гимн Романа и «Жизнь Девы Марии» Иоанна Геометра, вероятно, были написаны в Константинополе, а проповедь Георгия, вероятно, была написана либо в Константинополе, либо в Никомидии (современный Измит, Турция). В классической византийской патристической форме эти произведения используют напряжение между двумя регистрами благочестия: (1) смертельные страдания Марии во время распятия Иисуса и (2) её божественная сущность, выраженная через отношения с небесными телами. В статье будут объединены современные исследования благочестия Страстей Христовых поздней античности и современные теории телесного познания, чтобы проследить аффективную силу астрономической системы, которая влияла на византийское почитание Девы Марии.

Тема: Взаимность без консенсуса: астрономия и вопрос автономии в Константинополе-Стамбуле. В докладе исследуется обмен астрономическими знаниями между мусульманскими, христианскими и еврейскими общинами в Константинополе-Стамбуле от поздней Византии до ранней Османской империи. Разделённые религиозными различиями, эти группы, тем не менее, интенсивно сотрудничали, обмениваясь астрономическими текстами и таблицами, не достигая доктринального согласия. Исследование показывает, что астрономия выступала в качестве общего пространства, где практические потребности — такие как реформа календаря, хронометраж и навигация — способствовали сотрудничеству, несмотря на теологические разногласия. Математические и табличные методы служили «пограничными объектами», преодолевая языковые и конфессиональные барьеры, при этом каждая группа понимала их по-разному. Также рассматривается, как учёные из разных традиций обосновывали этот обмен, часто отделяя знания о природе от открытых истин или прагматично используя зарубежные астрономические данные. Эти взаимодействия создавали зоны «взаимности без консенсуса», где практическая надежность иногда превосходила религиозные различия, хотя полемические ответы также демонстрировали пределы такого сотрудничества.

Тема: Сравнительный анализ и астрономические основы календарей в труде Абу Рейхана аль-Бируни «Хронология древних народов» (аль-Асар аль-Бакия). Данная работа посвящена основополагающему труду Абу Райхана аль-Бируни «Хронология древних народов» (аль-Асхар аль-Бакия), представляющему собой всестороннее сравнительное исследование систем отсчета времени. В работе тщательно сравниваются и анализируются календари различных древних и современных культур, включая персидскую, согдийскую, хорезмскую, римскую (византийскую), иудейскую, христианскую и исламскую традиции.
В данном исследовании рассматривается, как сравнение Бируни различных календарных систем — многие из которых возникли на Ближнем Востоке и в Восточном Средиземноморье или оказали на них влияние — служит важным документом для понимания передачи и взаимодействия астрономических знаний через культурные различия в Западной и Центральной Азии. В частности, в работе будет рассмотрено, как Бируни связывает определяющие характеристики и расхождения в этих религиозных и гражданских календарях с лежащими в их основе астрономическими расчетами.

В настоящее время она активно занимается исследованиями в области истории науки и является главным редактором журнала «Научное наследие ислама и Ирана». В сферу ее научных интересов входят развитие оптической теории в литературе хайя, взаимодействие оптики и астрономии с V по IX века хиджры, исламские научные комментарии, а также междисциплинарные подходы к небесным явлениям и зрительному восприятию в досовременных научных традициях.

Тема: «Лунная иллюзия: аргумент, основанный на оптике, в комментарии к «Тазкире» Фатха Аллаха Ширвани (Шарх аль-Тазкира ан-Насирия Фатха Аллаха Ширвани)».Почему Луна и Солнце кажутся больше на горизонте? Аргумент, основанный на оптике, в комментарии к «Тазкире» Фатх Аллаха Ширвани.
В исследовании рассматривается оптическое объяснение давней астрономической проблемы, обсуждаемой в «Шарх аль-Тазкира ан-Насирия» Фатх Аллаха Ширвани (ум. 891 г. хиджры). Птолемей рассматривал это явление в первых главах «Альмагеста», приписывая его в основном атмосферным условиям; однако Ибн аль-Хайтам позже подверг критике это объяснение в «аль-Шукук ала Батламьюс». Эта дискуссия вошла в исламскую астрономическую традицию, и такие деятели, как Кутб ад-Дин Ширази и комментаторы «Тазкиры» Насир ад-Дина Туси, включая Низама ад-Дина Араджа Нишабури и Сайида Шарифа Джурджани, также занимались этой проблемой, пока Фатх Аллах Ширвани не рассмотрел её более подробно в своём комментарии к «Тазкире».
Сосредоточившись на анализе Ширвани, эта статья утверждает, что его комментарий представляет собой значимую встречу между оптической теорией и астрономической практикой. Ширвани объясняет видимое увеличение небесных тел двумя причинами: внутренней причиной, основанной на преломлении света на горизонте, и внешней причиной, связанной с атмосферными парами. Рассматривая эти аргументы в контексте передачи и преемственности оптических теорий Ибн аль-Хайтама в более поздних астрономических комментариях, статья освещает важный пример междисциплинарного обмена между оптикой и астрономией в средневековой исламской научной традиции.

Тема: В этом исследовании рассматривается сложная взаимосвязь между астрономией и мотивами в ильханидской плитке (XIV век), опираясь на научные достижения и художественные выражения той эпохи. В период правления Ильханидов, под покровительством Монголии, астрономия процветала благодаря таким обсерваториям, как Мараге, основанная Насир ад-Дином ат-Туси, в которых сочетались персидские, исламские и китайские влияния. Мотивы плитки часто включали небесные темы, такие как знаки зодиака, звезды и выравнивание планет, символизируя космический порядок и божественную гармонию в архитектурном декоре. Например, плитка в форме звезд и переплетающиеся геометрические узоры отражали астрономические расчеты, а сюжетные сцены из исторических текстов, таких как «Джами ат-таварих» Рашид ад-Дина, изображали небесные события, сочетая науку с иконографией. Эти узоры, созданные в королевских мастерских, не только украшали мечети и дворцы, но и передавали идеологические послания имперской легитимности, связанные с небесами. Анализируя текстово-изобразительные связи в рукописях, это исследование показывает, как астрономия обогатила эстетику плитки, используя мотивы, такие как кометы и созвездия, для того, чтобы вызвать ассоциации с вечными циклами и интеллектуальным покровительством. Это слияние подчеркивает роль эпохи Ильханидов в развитии астрологического искусства, повлиявшего на более поздние персидские традиции.

Тема: Понятие времени у древних народовх. Данное исследование изучает концептуализацию времени в древнеиранской мифологии, анализируя божества Зурван (бесконечное время) и Митра (свет и заветы) в рамках зороастрийской космологии. Сравнительный анализ с греческой (Кронос), индуистской (Кала) и римской (митраизм) традициями выявляет расходящиеся культурные интерпретации — время как нейтральное, разрушительное или циклическое. Исследование рассматривает символические изображения в искусстве (например, рельеф «Лев и Бык» в Персеполе) и астрономические концепции в таких текстах, как «Бундахишн». Соединяя мифологию, археологию и историю науки, оно раскрывает глубокие философские последствия и непреходящее наследие древних временных концепций для последующего понимания времени и космологической мысли.

Тема: «Между таблицами, картами и диаграммами: османская рукопись о времени, небесах и мире». В исследовании рассматривается составная османская рукопись, хранящаяся в частной коллекции Талата Онджю (Анкара, Турция). Рукопись объединяет материалы, связанные с различными формами традиций вечного календаря, циркулировавшими в османском мире, наряду с вычислительными таблицами, схематическими устройствами и космографическими представлениями. Ее содержание включает различные подходы к определению первого дня лунного месяца — на основе вычислений и наблюдений — а также материалы по вечным календарям, таблицы солнечной долготы, материалы, связанные с затмениями, и временные часы. Османский вольвель из трех пластин, диаграммы, изображающие лунно-планетные конфигурации, и две карты мира дополнительно иллюстрируют разнообразие материалов, содержащихся в рукописи. Вместо того чтобы представлять собой единое произведение, рукопись выглядит как составная компиляция, объединяющая материалы, имеющие общую область интересов и функций. Рассматриваемая с этой точки зрения, рукопись
дает представление о составном и функциональном характере османской календарной, астрономической и космографической рукописной культуры.

Тема: «Удобство важнее точности: двойные аргументы в таблицах планет Григория Хиониада 1093 года» — В начале XIV века Григорий Хиониад путешествовал из Константинополя в Азербайджан, где познакомился с передовыми астрономическими методами исламского мира и впоследствии передал их Византии. Среди привезенных им материалов были планетарные таблицы, известные как «Таблицы 1093 года», сохранившиеся в трех греческих рукописях. В этих таблицах используются уравнения планет с двойным аргументом — метод, разработанный в исламской астрономии для упрощения вычислений. В данной статье внимание переключается с происхождения таблиц на их практическое применение, рассматривается, как их структура, схемы интерполяции и выбор числовых значений были оптимизированы для удобства использования и эффективного воспроизведения переписчиками. Я утверждаю, что эти практические преимущества были достигнуты за счет точности вычислений, что отражает преднамеренные компромиссы, заложенные в табличной структуре. Анализируя эти методы в рамках более широкой традиции зидж периода Ильханидов, статья подчеркивает, как
удобство использования и передаваемость формировали астрономическую практику за пределами культурных границ.

В качестве стипендиата Кэмфилда в Музее изящных искусств Хьюстона в 2024-2025 годах он создавал цифровые анимации для сопровождения экспонатов в исламских галереях музея. Его готовящаяся к публикации статья о поэтических водных пейзажах Мунья ан-Наура находится на рассмотрении в MDPI для специального выпуска «Аль-Бустан: Рекреационные поместья в исламском Западе и Сицилии». В настоящее время он является соорганизатором аспирантской конференции по материальности в Университете Райса, а также серии программ для «Archeology Now», посвященных Аль-Андалусу, рассчитанных на целый год. Он представлял свои работы на конференциях в Северной Америке и Европе, получая поддержку от факультета и внешних организаций.

Тема: Данная статья относится к категории астрономии и влияния астрологии на архитектуру, рассматриваемой на конференции, и также посвящена историографической дискуссии об идентификации двух андалусских интеллектуалов X века по имени Маслама. В XIX и начале XX веков их объединяли в одну фигуру, пока авторитетная статья Марибель Фиерро 1996 года не продемонстрировала их различную идентичность: Маслама аль-Маджрити (ум. 1007 г. н.э.), придворный астроном Омейядских халифов Аль-Андалуса, и Маслама Ибн Касим аль-Куртуби (активен в 940-959 гг. н.э.), астролог и традиционалист, обучавший сыновей халифа и молодых аристократов в Мадинат аль-Захра, дворцовом комплексе недалеко от Кордовы, Испания. Новые исследования опровергли её утверждение. Считается, что эта астролог является автором печально известного астрологического сборника «Пикатрикс», оказавшего глубокое влияние на средневековую и раннюю современную Европу, а также «Рутабата», написанного между 950-953 гг. н.э., и «Гайи» 954-959 гг. н.э. Мой аргумент заключается в том, что в рамках этого придворного покровительства мы наблюдаем первое целенаправленное развитие категории практической математики, которая повлияла на создание городского комплекса Мадинат аль-Захра — с его астрономически точными расчётами новой мечети, интеграцией системы геометрических пропорций в планировку комплекса и развитием сложных геометрических мотивов.

Тема:«Астрономия, астрология и обсерватория как инструмент власти и политики: от Мараге до Стамбула». Благодаря вере во влияние астрономических явлений на жизнь человека, астрономия имела огромное значение для дворов, и короли интересовались как её наукой, так и предсказанием будущего.

Одной из важнейших обсерваторий в мире была Марагская обсерватория, построенная в XIII веке ат-Туси для разных целей, включая предсказание будущего. Эта обсерватория оказала очень важное влияние на астрономию и стала образцом для обсерваторий в других городах, таких как Тебриз, Самарканд и Стамбул, которые были построены для демонстрации мощи и развития науки, а в некоторых случаях их данные наблюдений использовались для предсказания войн и политических событий. В этой презентации мы рассмотрим влияние обсерваторий на власть и политику от Мараге до Стамбула.